Текст песни Владимир Семёнович Высоцкий - Луркоморья больше нет
На этой странице находится текст песни Владимир Семёнович Высоцкий - Луркоморья больше нет, а также перевод песни и видео или клип.
|
Лукоморья больше нет, От дубов простыл и след. Дуб годится на паркет — так ведь нет: Выходили из избы Здоровенные жлобы, Порубили все дубы на гробы. Ты уймись, уймись, тоска У меня в груди! Это — только присказка, Сказка — впереди. Распрекрасно жить в домах На куриных на ногах, Но явился всем на страх Вертопрах. Добрый молодец он был: Бабку Ведьму подпоил, Ратный подвиг совершил — дом спалил. Ты уймись, уймись, тоска У меня в груди! Это — только присказка, Сказка — впереди. Тридцать три богатыря Порешили, что зазря Берегли они царя и моря: Каждый взял себе надел, Кур завёл — и в ём сидел, Охраняя свой удел не у дел. Ободрав зелёный дуб, Дядька ихний сделал сруб, С окружающими туп стал и груб — И ругался день-деньской Бывший дядька их морской, Хоть имел участок свой под Москвой. Ты уймись, уймись, тоска У меня в груди! Это — только присказка, Сказка — впереди. Здесь и вправду ходит Кот, Как направо — так поёт, Как налево — так загнёт анекдот. Но учёный, сукин сын: Цепь златую снёс в торгсин И на выручку — один в магазин. Как-то раз за божий дар Получил он гонорар: В Лукоморье перегар — на гектар! Но хватил его удар! И чтоб избегнуть божьих кар, Кот диктует про татар мемуар. Ты уймись, уймись, тоска У меня в груди! Это — только присказка, Сказка — впереди. И Русалка — вот дела! — Честь не долго берегла И однажды, как смогла, родила — Тридцать три же мужика Не желают знать сынка, Пусть считается пока сын полка. Как-то раз один Колдун — Врун, болтун и хохотун — Предложил ей как знаток дамских струн: Мол, Русалка, всё пойму И с дитём тебя возьму... И пошла она к ему, как в тюрьму. А бородатый Черномор, Лукоморский первый вор, — Он давно Людмилу спёр, ох хитёр! Ловко пользуется, тать, Тем, что может он летать: Зазеваешься — он хвать и тикать. Ты уймись, уймись, тоска У меня в груди! Это — только присказка, Сказка — впереди. А ковёрный самолёт Сдан в музей в запрошлый год — Любознательный народ так и прёт! И без опаски старый хрыч Баб ворует, хнычь не хнычь. Ох, скорей его разбей паралич! "Нету мочи, нету сил! — Леший как-то недопил, Лешачиху свою бил и вопил: — Дай рубля, прибью а то! Я добытчик али кто?! А не дашь, тады пропью долото!" "Я ли ягод не носил?! — Снова Леший голосил. — А коры по скольку кил приносил! Надрывался издаля — Всё твоей забавы для, Ты ж жалеешь мне рубля. Ах ты, тля!" И невиданных зверей, Дичи всякой — нету ей: Понаехало за ней егерей... Так что, значит, не секрет: Лукоморья больше нет, Всё, о чём писал поэт, — это бред. Ты уймись, уймись, тоска, Душу мне не рань! Раз уж это — присказка, Значит сказка — дрянь. |
Lukomorya no more,
From simple and oaks trail.
Oak flooring is suitable for -
So in fact there:
Came out of the hut
Hefty redneck,
Chop all the oaks
coffins.
You uymis, uymis, longing
In my chest!
This is - just a saying,
Tale - ahead.
Rasprekrasno live in homes
In chick on his feet,
But all was fear
Scatterbrain.
Good fellow he was:
Witch podpoit grandmother,
Feat of arms made -
house burned.
You uymis, uymis, longing
In my chest!
This is - just a saying,
Tale - ahead.
Thirty-three knights
Decided that for nothing
They took care of the king
and the sea:
Each took his allotment,
Chickens started a - and ёm sat
Protecting your destiny
out of work.
Peeled green oak,
Uncle of theirs made frame,
With the surrounding stupid
and became rude -
And cursed all day long
Former tutor their marine,
Although the plot had its
near Moscow.
You uymis, uymis, longing
In my chest!
This is - just a saying,
Tale - ahead.
It really goes to Cat
How to right - so sings,
As the left - so be bent
anecdote.
But the scientist, son of a bitch:
Zlata chain demolished in Torgsin
And to the rescue - one
to shop.
Once for God's gift
He received a fee:
In Lukomorie fume -
ha!
But will it blow!
And in order to avoid God's car,
Côte dictates about Tatars
memoir.
You uymis, uymis, longing
In my chest!
This is - just a saying,
Tale - ahead.
And Mermaid - that's the case! -
Honor is not long treasured
And one day, as I could,
bore -
Thirty-three same guy
Do not want to know the son,
Let considered until
son of the regiment.
Once a Sorcerer -
Liar,
chatterbox
and headed Gull -
Offered her as a connoisseur
ladies strings:
Like, Mermaid, all understand
And with a child you'll ...
And she went up to him,
both in prison.
A bearded Chernomor,
Lukomorsky first thief -
He had long Lyudmila stole,
oh cunning!
Cleverly uses, a thief,
The fact that he can fly:
Gape - he grabbed
and ticking.
You uymis, uymis, longing
In my chest!
This is - just a saying,
Tale - ahead.
A plane kovёrny
Put in a museum in zaproshly year -
Inquisitive people
and rushing!
And without fear old bastard
Bab steals, whine whine no.
Oh, hurry to break it
paralysis!
& Quot; Neto urine, no power! -
Goblin somehow Nedopil,
Leshachihu his beat
and yelled:
- Give the ruble, but it arrived!
I earner Ali who ?!
And do not give, all bets are propyl
chisel! & quot;
& Quot; I the berries did not wear ?! -
Again Goblin voice. -
A crust Since keel
brought!
Screamed izdalya -
All the fun for your,
Well you feel sorry for me ruble.
Oh, aphids! & Quot;
And unseen beasts,
Every game - no to her:
Validating her
rangers ...
So what, then, is not a secret:
Lukomorya no more,
Everything that the poet -
this is nonsense.
You uymis, uymis, longing,
My soul is not an early hour!
Since this - saying,
So tale - rubbish.